За сегодня не касался уроков, отдохнул, отоспался, со свежей головой повторил карточки утром, в середине дня в метро и вечером. Ребята, это работает. Завтра загружаю вторую сотню слов и постараюсь засечь время на все действия (поиск слов, написание карточек, первичное запоминание, последующие повторы), будет подробный пост.
Несколько слов о мотивации. Сейчас я, можно сказать, зол на себя, но это такая "спортивная" злость, которая не просто не даст бросить занятия на полпути, а будет постоянно толкать вперёд и говорить "больше! ещё! давай". Не могу не процитировать отрывок из книги лётчика Василия Ершова, по-моему, придётся очень в тему. Получилось больше, чем я думал, но это обязательно стоит прочитать.
"В лётном училище у меня был момент, когда мне никак не удавался один элемент полёта. Требовалось пролететь на лёгком Як-18 вдоль всего аэродрома на высоте ровно метр, чтобы запомнить на глаз эту высоту, очень важную при производстве посадки. Предыдущий опыт полётов на планёре мешал мне: там мы садились, по сути, почти на собственные ягодицы, ну, на десять сантиметров выше — у планёра не было колёс шасси, а только лыжа под полом.
Несколько слов о мотивации. Сейчас я, можно сказать, зол на себя, но это такая "спортивная" злость, которая не просто не даст бросить занятия на полпути, а будет постоянно толкать вперёд и говорить "больше! ещё! давай". Не могу не процитировать отрывок из книги лётчика Василия Ершова, по-моему, придётся очень в тему. Получилось больше, чем я думал, но это обязательно стоит прочитать.
"В лётном училище у меня был момент, когда мне никак не удавался один элемент полёта. Требовалось пролететь на лёгком Як-18 вдоль всего аэродрома на высоте ровно метр, чтобы запомнить на глаз эту высоту, очень важную при производстве посадки. Предыдущий опыт полётов на планёре мешал мне: там мы садились, по сути, почти на собственные ягодицы, ну, на десять сантиметров выше — у планёра не было колёс шасси, а только лыжа под полом.
Встал вопрос о моей лётной пригодности: круглый отличник в теории — а «метра не видит». Таких обычно списывали «по нелётной».
Инструктор, отчаявшись, отдал меня на проверку командиру звена, старому лётчику Ивану Евдокимовичу Кутько.
Иван Евдокимович провёл со мной воспитательную беседу, которая по краткости, ёмкости и выразительности должна быть занесена каждому лётчику в первую строку неписаных авиационных законов. Он сказал так.
— Тебя зовут как — Вася? Так вот, Вася, повторяй всегда: «Чикалов летал на „четыре“. Я летаю на „шесть“. А вот этот ЧУДАК (он сказал созвучное обидное слово), что меня проверяет, вообще летать не умеет. Щас я ему й покажу». Повтори.
Я повторил. Без «того» слова. Он заставил повторить с «чудаком».
И полетели.
Как бабка пошептала.
С тех пор — и до конца дней своих — я эту формулу свято исповедую. И ни разу, нигде и никогда не было у меня проблем с проверяющими — любого ранга. Любой садился ко мне, и я повторял заветную заповедь: «щас я тебе й покажу»…
Правда, чтобы ему «показать», я «таки й работал» над собой. И сейчас работаю."
Классная у тебя мотивация. ) Ждем отчета с хронометрией
ReplyDelete